Книга, вызывающая серьёзные критические замечания.

2 марта 2019 г. в Севастополе состоялась презентация книги «Караимы Севастополя». Нельзя не отметить высокое качество полиграфии, редкие и ценные документы, представленные в приложениях. Текст сопровождается фотоматериалом, который в отдельных случаях сам по себе является уникальным документом. Некоторые сведения, изложенные в статьях книги, не могут не вызвать интереса как специалистов, так и широкого круга читателей. Но, к сожалению, издание вызывает серьёзные критические замечания.

В первую очередь, после прочтения опубликованных в сборнике статей становится ясным, что в ходе подготовки к публикации объёмной исследовательской работы не проводилось. Трудно согласиться с тем, что история более 200-летнего пребывания крымскокараимской общины Севастополя уместилась в 10 страниц. Но, возможно, в дальнейшем последует более расширенное и углублённое изложение темы. Косвенно на это указывает и название статьи Н. Терещук – «Страницы  истории».

Вероятно, в будущем следует ожидать публикации новой работы (работ), где тема будет раскрыта в значительно большем объёме. Однако сама форма подачи материала и его объём не могут быть предметом критических замечаний. Перечисленное – выбор самих авторов. Не стоит обращать внимание и на имеющиеся досадные опечатки. Они, как показывает практика, имеют место в любом издании.

Например, на с. 41 представлено фото лейтенанта А. И. Фуки (автор – фотокор Е. Халдей!) в Берлине 4 марта 1945 г. Как известно,  бои за Берлин начались 16 апреля и прекратились 2 мая 1945 г., и ранее этой даты А. И. Фуки в центре города сфотографироваться никак не мог, о чём авторам сборника, несомненно, известно. И всё же при всём позитиве, без критики не обойтись.

В аннотации к изданию отмечено, что «книга будет интересна всем, кто интересуется этнической историей Крыма и Севастополя». Закономерно, что читателю было бы интересно узнать об этнической принадлежности крымских караимов. Но складывается впечатление, что авторы намеренно замалчивают многочисленные антропологические данные, однозначно доказывающие, что крымские караимы являются тюркским народом.

Сборник начинается с краткого вступления «Кто такие караимы?». Читатель, не знакомый с крымской тематикой, да и знакомый тоже, вряд ли поймёт из этого вступления, кто же в этническом отношении крымские караимы?! Косвенно на это указывает лишь упоминание, что «караимский язык относится к кыпчакской группе тюркских языков…».

Именно косвенно, т. к. язык может быть заимствован. И об этом сообщается чуть ниже: «По причине близости крымского диалекта к крымскотатарскому языку учёные также относят его к этнодиалекту крымскотатарского языка» (?!). Трудно сказать, каких именно учёных имели в виду авторы сборника, т. к. фамилии не сообщаются.

Честно говоря, уже надоело (но, видимо, необходимо) в который раз указывать на то, что ряд крупнейших тюркологов ХХ века – академики В. Радлов, Т. Ковальский, С. Шапшал, А. Зайончковский, Н. Баскаков, К. Мусаев, профессор В. Банг и др. рассматривали язык крымских караимов как самостоятельный. Надо полагать, что авторы сборника считают вышеперечисленных учёных недостаточно компетентными и потому, не полагаясь на их выводы, предлагают свои.

Далее авторы сборника продолжают: «Тем не менее, иврит (древнееврейский) вплоть до начала ХХ века сохранялся в качестве языка богослужения, деловой переписки, поэзии, надгробных надписей, научных и религиозных трактатов».

Действительно, священная книга христиан, мусульман и караимов – Ветхий Завет Библии – написана на древнееврейском и арамейском языках. Поэтому караимам-тюркам приходилось изучать язык первоисточника. Но интересно, как авторы сборника представляют себе деловую переписку в Крымском ханстве, польско-литовском государстве или в Российской империи на иврите?! Ведь деловая переписка включает, прежде всего, отношения с властными государственными структурами, представители которых во всех перечисленных выше государствах знанием иврита не обладали.

Да и с деловыми партнёрами, которые далеко не все были караимами и также не владели древнееврейским, представители делового караимского сообщества поддерживали отношения отнюдь не на иврите. Достаточно спорным представляется утверждение о сохранении иврита в начале ХХ века в поэзии и, особенно, в научных трактатах. В среде религиозных деятелей он сохранялся, но не всегда. Что же касается караимской интеллигенции в указанный период, то этот язык ею практически не использовался.

На каком языке писал свои труды С. М. Шапшал?! На каком языке написана большая часть статей И. И. Казаса?! На каком языке писал статьи в ИТУАК С. М. Пампулов?! А большая часть его деловой переписки на каком языке?! Конечно не на иврите! И этот перечень примеров можно продолжать очень и очень долго… В числе наиболее выразительных можно привести использующего русский язык на протяжении всей жизни генерала Я. И. Кефели. К тому же генерал, обладая незаурядным литературным талантом, все свои произведения писал на русском языке. Но, как и вся крымскокараимская интеллигенция конца XIX – начала XX века, превосходно знал родной язык. Примечателен отрывок из его воспоминаний, свидетельствующий и о его отношении к родному языку, и об особенностях этого языка, понятного представителям тюркских народов, отдаленных от крымских караимов-тюрков и пространственно, и исторически:

«В конце перрона на земле сидели три туркмена в своих халатах и чалмах… Проходя мимо них, я услышал тюркскую речь, вполне мне понятную на моём родном языке. Сначала этих чалмоносцев я принял за арабов и не решился к ним обратиться, но, когда услышал материнскую речь, смело обратился к ним с вопросом: «В котором часу отходит поезд в Берлин?» — они охотно объяснили…» (Кефели Я. И. В Париже в 1900 г. // Историко-культурное наследие крымских караимов. Симферополь: Медиацентр им. Гаспринского, 2016. – С. 21).

Совершенно справедливо авторами сборника отмечается, что «в настоящее время число носителей караимского языка незначительно».

И это не иврит, который основная часть народа никогда не знала, и не этнодиалект, а родной язык. Из характеристики караимского языка, данной академиком Н. А. Баскаковым: «Определяя место караимского языка среди тюркских языков, его по основным признакам следует отнести к кыпчакско-половецкой подгруппе кыпчакской группы тюркских языков.

Караимский язык с исторической точки зрения представляет значительный интерес, т. к. фонетическая его структура, лексика и грамматический строй сохранили следы древнейшего состояния тюркских языков» (Караимско-русско-польский словарь. М.: Русский язык, 1976. С. 6).

Нельзя не обратить внимания и на следующую фразу: «Для отличия от караимов, живущих в других регионах, в ХХ веке был введён термин «крымские караимы»».

Термин «крымские караимы» отличает его носителей от представителей других этнических общностей, также исповедующих караимизм: караимов-арабов, караимов-турок, караимов-русских и др. Крымский караим, где бы он ни проживал, остаётся крымским караимом-тюрком. Среди членов ОО «Региональной национально-культурной автономии крымских караимов» давно уже ведётся дискуссия относительно правильного названия крымскокараимской этнической общности – «крымские караимы» или «крымские караимы-тюрки». До настоящего времени большинство считало, что термин «крымские караимы» достаточен, но, как оказывается, есть все основания использовать второй вариант.

Далее во вступлении к сборнику отмечается: «Караимы относятся к старожильческому населению Крыма. Именно такое определение крымские ученые (опять же, какие?) дали народам и этническим группам, которые издавна проживают на полуострове».

Насколько научен термин «старожильческие» – вопрос спорный. По отношению к крымским караимам-тюркам не проще ли употребить термин «коренной народ», подразумевая не только длительное проживание в регионе, но и формирование в этот период этнической идентичности. Крымскокараимский этнос сформировался в Крыму, а не пришёл откуда-то и, обобщая данные антропологии, лингвистики, этнологии, можно с уверенностью говорить, что этногенез народа начался не позднее Х века.

Во вступлении к сборнику о пребывании караимов в Крыму сказано следующее: «Первое достоверное письменное свидетельство о пребывании караимов в Крыму относится к 1278 году».

Составители сборника используют текст статьи Т. Щеголевой, опубликованной в журнале «Евреи Евразии» (№ 1 (8), январь – март 2005). Автор приводит свидетельство византийского караима Аарона га Рофе из «Книги избранных трудов» о календарном споре в 1278 г. в Солхате между караимской и раббанитской общинами.

Судя по тексту вступления, все остальные письменные свидетельства следует считать недостоверными. Например, надписи на памятниках, обнаруженных А. С. Фирковичем на кладбище Балта Тиймэз. Видимо, в русле давних «добрых» традиций, заложенных «друзьями» крымских караимов-тюрков со времён А. Гаркави и других фальсификаторов истории, составители сборника считают данные С. Фирковича недостоверными. Как и данные Н. Бабаликашвили, М. Мартына и других.

Вновь возвращаемся к тексту вступления: «В Крыму первые караимские общины образовались в Солхате (Старый Крым) и Феодосии. Позднее возникают общины в крепости Чуфут-Кале, в Мангупе, Евпатории и других городах Крыма».

Общины Солхата и Феодосии – это общины евреев (принявших караимизм в качестве религии), прибывших в Крым из Византии. Они, как и евреи-талмудисты начинают активно переселяться на Крымский полуостров с периода гонений византийского императора Льва Исаврийского (VIII век), и никакого отношения к этносу крымских караимов-тюрков, формирующемуся в Кырк-Йере, не имеют. Обращает на себя внимание обозначение родового гнезда крымских караимов – Чуфут-Кале в соседстве с Солхатом. Тогда уж надо было писать Кале. Именно так этот город назывался до присоединения Крыма к России. Причём встречаем только название Чуфут-Кале и в последующем в текстах статей сборника. Одна из них называется «Сохраняя традиции предков».

Следует, вероятно, напомнить, что ни один из современных крымских караимов-тюрков, следуя традициям предков, не назовёт свой древний город, где когда-то жили его предки, Чуфут-Кале. Только Джуфт Кале! Или просто Кале. А иные могут даже оскорбиться, услышав Чуфут-Кале. Неужели авторы и составители сборника этого не знали?! Или среди них нет тех, кто считает себя крымским караимом?! Вопрос риторический. Впрочем, можно и не быть, и не считать себя крымским караимом, но уважать традиции народа всё же следует.

Относительно культуры, обрядов, обычаев крымских караимов напечатано следующее: «Близкое соседство с татарским населением оказало значительное влияние не только на язык, но и на повседневный быт караимов, их одежду, кухню, обряды, однако, татарское влияние не выходило за пределами культурологических заимствований».

Изложено предельно ясно и доступно даже для самых непросвещенных. Всё – обычаи, традиции, обряды, язык, и пр., пр., собственно, вся культура – заимствовано у крымских татар. Своего нет ничего. Впрочем, есть – религия, священные тексты которой заключены в ТаНаХе (Ветхом Завете). После всего сказанного по умолчанию тюркскому народу крымским караимам приписывается абсолютно чуждая им этническая принадлежность. Научность заключения относительно этноидентификации крымских караимов, изложенного на первой странице сборника не выдерживает никакой критики. Нельзя исключать преднамеренность и тенденциозность при составлении заключения. И чего больше в рассматриваемом тексте – невежественности или преднамеренной нечистоплотности, оставляем на суд читателей.

Об этнической принадлежности крымских караимов ничего не сообщается и в статьях сборника. Вероятно, решили, что после вступления в этом нет необходимости. Так, ни слова об этом не сказано в статье В. Ельяшевича «Краткая история караимского молитвенного дома (кенасы) Севастополя». Может быть, и к лучшему. Автор представлен как маститый учёный муж – редактор ежеквартального издания «Известия духовного управления караимов Республики Крым».

Уровень научности этого издания, мягко говоря, оставляет много вопросов. Сам же руководитель «духовного управления» (ныне упразднённого) В. Тирияки, безусловно, не чужд науке. Отдельные его заявления, вне всякого сомнения, должны поражать научный мир новизной, граничащей с фундаментальными открытиями. Так, например, на передаче евпаторийского телевидения (программа «Мировоззрение» от 25.04.2018 г.) он дважды безапелляционно заявил, что караим – это теоним. Теоним – термин обозначающий собственное имя божества, например, Перун, Артемида, Вишну, Яхве…

Для малочисленного крымскокараимского народа, конечно, будет очень лестно сознавать, что каждый из его представителей приравнен к божеству. Вопрос лишь в том, как к этому отнесутся представители других народов, и, главное, почему до настоящего времени ни одно из сущностных свойств богов, как-то: всемогущество, бессмертие и т. п., ни в одном из караимов никак не проявлялось.

В упомянутой выше статье В. Ельяшевича нет даже краткого изложения основ караимского вероисповедания, хотя оно было бы в данном случае более чем уместно. Использованный при написании статьи значительный объём архивных материалов, безусловно, вызовет интерес у читателей.

Известный караимский религиозный и общественный деятель А. С. Фиркович представлен в статье (с. 19) следующим образом: «…всемирно известный караимский коллекционер древнееврейских рукописей».

Надо сказать, что в коллекции, собранной А. Фирковичем, были не только древнееврейские рукописи. Его заслуги перед крымскими караимами заключаются не только в коллекционировании древнейших рукописей, отчасти проливающих свет на периоды ранней истории крымскокараимского этноса. Перечисление всего, сделанного А. Фирковичем для соплеменников, займёт не одну страницу убористого теста. Скажем только, что он сохранился в памяти народа как один из его выдающихся представителей.

В. Ельяшевич представлен в книге и как редактор, и как руководитель религиозной организации «Караимская религиозная община города Симферополя». Правда, не указано, что сия организация крайне малочисленна. Ранее упоминалось о его должности редактора «Известий духовного управления караимов Республики Крым». Возможно, составителям сборника не было известно, что решениями суда Железнодорожного района г. Симферополя от 16.07.2018 г. и Верховного суда Республики Крым от 01.10.2018 г. духовное управление упразднено. И, следовательно, В. Ельяшевич в настоящее время является редактором периодического издания несуществующего органа.

Очевидно, в будущем появятся новые издания, посвящённые истории общины крымских караимов-тюрков г. Севастополя. Остаётся выразить надежду, что все они будут лишены недостатков, присущих выпущенной в 2018 г. книге «Караимы Севастополя».

Научный совет РОНОКК «Крымкарайлар».

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s